dobriydoktor (dobriydoktor) wrote,
dobriydoktor
dobriydoktor

как я провел лето 2014 (блокбастер в пяти частях) - 5

Сейчас не могу вспомнить, когда - все сливается в один длинный-длинный день, как в кино. Я пришла домой, а сын говорит: "Все, мам, один я теперь остался, А.Г. Толик погиб". Просто, напомнило, что Моспино...
Оригинал взят у kotya_13 в как я провел лето 2014 (блокбастер в пяти частях) - 5
Финал.

ЧЕТЫРЕ ВСАДНИКА АПОКАЛИПСИСА СЕЛА ЛОПАТИНО.

Когда появился первый всадник, не стало мобильной связи.

Мы остались без связи с внешним миром. Но у нас работали стационарные телефоны. По ним звонила родня из России и ругала нас почём свет стоит: что-же вы ждёте?! Что-же вы сидите?! Почему не едете?! Братик мой из Благовещенска сам военный, он долго разъяснял мне, как ему казалось, самыми крепкими аргументами, что нужно уехать, он примет. Продумал с деньгами, всё продумал, был на высоте. А мы с мамой уверяли его, что ещё вполне терпимо. Вот когда совсем прижмёт, мы уедем. Таганрогская родня и вовсе не понимала, чё мы сидим. Тем более и правда было со стороны даже странно: уехать с Путиловки, чтобы сидеть под обстрелами в Моспино. А вот так вот! Мы - загадочные.
Та картошка-же, граждане! Нам же с мамой картошку-то выкопать было нужно!

[Spoiler (click to open)]

К моменту копки мы с мамой уже стали обстрелянными горобцами и не боялись тех бомб ни капельки. Копали, а на горизонте взметались столбы клубящейся пыли от взрывов. Малой был, понятное дело, с нами. Как у Бажова в Таюткином зеркальце: мол, если накроет, так чтоб всех вместе - сирот чтоб не образовывать на планете. Оставить малого сиротой было самым страшным. Но он у меня на войну реагировал без интереса: гремит да и всё. Подумаешь.
Копка картошки у нас так и называется до сих пор: операция "Эвакуация". Один раз снаряд даже прилетел недалеко от нашего огорода. Громыхнуло так, что мы даже не поверили, а потому и не испугались. Я только крикнула малому, чтоб выполнил команду "воздух". Он был подготовлен: падаем, закрываем уши и открывает рот. Но оказалось, организм и сам прекрасно знает, что ему делать. Я пока падала, всё вспоминала, - что открыть, а что закрыть: перепуталось в мозгу. И обнаружила, что уже лежу в каком надо состоянии - организм умный, его учить - только портить. Над головой просвистели осколки: было интересно. Встали, продолжили. Ибо время поджимало, - наступление, могли и танки пройти по нашей картошке - иди потом, копай, ага.

Без связи жить стало трудно, но тем, кто был вне Моспино, у кого здесь была родня, кто переживал и не мог дозвониться. Ничего, - выручили телефоны с крутилками для пальцев из прошлого:)


Когда появился второй всадник, мы полезли в подвалы.

А вот это уже было неприятно, малята. Настал вечер, когда мы увидели полёты Градов в небе, их траекторию, целенаправленность и решительность, и поняли: пора, брат, в подвал. Это по наши души летают "соколы".
Я принципиально не лазила в подвал, от хоть ты меня стреляй! И малой мой - тоже. Я обманывала маму, её саму отправляла туда, говорила, что я в другой подвал пойду - тут места мало, а сама с малым просто шли в дом. Когда мой мальчик засыпал (а он засыпал под эти буги-вуги!), я выходила на улицу и была романтик, была Джордж Лукас и Никита Михалков - вот это всё. Я была творческий человек, философ, и жадный поглотитель интересных жизненных картин и эпизодов, - ну каких Бог дал. Над головой летали эти фигни, ... от когда украинские СМИ пишут про то, кто стреляет, они забывают, что эту дурню в ночном небе видно, как ясен пень! Откуда она летит - и куда. Я не хочу даже это обсуждать.
Я не лазила в подвал ибо брезговала. Я не хотела туда. Ни за что. Вообще, мне твёрдо верилось, что я не погибну, и мама, и весь табор (а мы набились в кучу пять человек! Плюс один слабо-ходячий), что моё место вот тут - в Моспино, что мне дотерпеть до 19 августа. А тогда уже по барабану - либо я умру, и всё пофигу, либо выживу - и тогда вообще всё изменится для бомбителей этих.
Люди в подвалах сидели на стульчиках, разговаривали, выходили под утро - часикам к пяти. Бомбители начинали к полуночи, а к часу быка управлялись. Чистое инферно.
В подвалах было заготовлено: фонарики, свет был даже электрический, вода, тёплые одеялки. Это было отвратительно! Я не могу простить этих подвалов с людьми негодяям до сих пор. Я желаю, я искренне хочу отплаты. А те, кто сидел в подвалах - те проклинали своих обидчиков. Христианство две тысячи лет владеет умами людей, а бомбители не боялись проклятий, - как так можно?
На втором всаднике я снова плакала. Вообще, за войну я плакала очень мало: первый раз на ЖД, провожая поезда. Было больно - этот Исход. Не знаю почему. Второй раз я плакала очень сильно при виде того, как мама спускается в подвал, и как соседская роженица с кулёчком, полностью в бантиках и кружавчиках, прямо из роддома - тоже в подвал. Я стояла под летящими по небу градинами, сжимала кулаки по направлению откуда стреляют, и захлёбываясь от рыданий сдавленно говорила: "У нас же с вами одинаковый паспорт!!!". Сильно рыдала, еле эту фразу выговаривала. Меня в те дни успокаивали: "Котенька, это не украинцы, это - наёмники из других стран, поляки может быть, это - не украинцы". Представляете, - жалели украинку во мне, понимали, чтО такое меня ранит, и с какой силой этот ужас меня пугает своей реальностью?

Появились погибшие. Не люди на фотографиях в телике. Нет. У знакомой женщины, муж и сын, прямым попаданием в машину, оба насмерть мгновенно. Сын приехал из Крыма забирать родителей. Те отказались, и отец вывел машину из гаража, ехать в Донецк с сыном за билетами на поезд. Поезда ходили - понятно? И вот только они сели в машину возле двора - прямое попадание снаряда.

16 или 17 августа под утро, когда прекратился грохот бомбёжек, в воздухе остался звук. Что за звук? Он был достаточно громким, непонятным, и запах... запах горелого, непонятный запах... Это трещал в воздухе горевший шифер, малята. Это мы слышали Хатынь.
На Ленинском упали зажигательные снаряды - такие маленькие восьмиугольнички. И вот куда они попадали, всё загоралось - и шифер, и камень, и железо - и всё. Тушить можно было только забрасывая их землёй. Сбросили эту гадость под утро: часиков так в три-четыре. Чтобы люди в подвалах уже и позасыпали от усталости, чтобы не успели потушить свои дома. Представляете? Жгли сознательно, зная, что хозяева - в подвалах, боятся выйти! Но люди услышали запах горелого, и повыскакивали наружу. Тушили, как при Калке рубились! С отчаянием, себя не жалея. Это ж его надо было с крыш посбивать на землю, разобраться, что оно такое, и как его убивать. Оно падало в траву - горела трава, оно падало на забор - горел оцинкованный забор! Оно падало на человека - горел человек. Тушили сатанизм этот под салютом - оно ж продолжало падать с предутреннего неба. В 21-м веке, посреди Европы, на хорошо одетых людей... Кстати, вот вы наверное когда читаете, представляете, что мы - герои рассказа - были как в войну: грязные, во что попало одетые. Не, представляйте нас красивыми, чё б нам быть немытыми и оборванными. Наша дорогая редакция, к примеру, в сцене с кулаками была в красивых голубеньких штанишках под ярко-красной кофточкой на пуговочках, серёжки, цепочки с камушками, мордашка щекастенькая, - всё как положено. Так что - не надо себе рисовать "Преступление и наказание" в сепии.
Потушив своих монстров, люди с лопатами лезли к уехавшим соседям или слабомощным, пожилым - тушить и им. Те дома, в которые проникнуть не смогли, или где не успели сбить с крыши этого сатану, (старики, к примеру) - те дома выгорели до тла, одна печная труба торчит. Ну Хатынь. Реконструкция.
Так вот от нас этот Ленинский посёлок был далековато - и мы слышали в воздухе треск шифера! А горелый запах стоял на Ленинском даже в октябре 2014-го, очень долго стоял.

Поначалу я даже собрала небольшую группу и мы выехали к воронкам, самым первым воронкам - возле 151-й школы. Мы там ковырялись глазами, ставили следственный эксперимент с дротиком от дартса, мы думали и гадали, но всё что мы смогли установить - это направление, откуда прилетело. Дальше нужно было ехать в том направлении, но мы откровенно сдрейфили. Мы уже не были столь бездумно смелы, как в начале июля. Всё. Мы уже мишени, а не граждане, - это стало понятно, как лоток яиц. И мы просто взяли карту, интернет с данными о дальности огня, всё такое, и спорили до хрипоты: патриотские граждане говорили, что это ополченцы подъезжают под покровом темноты на Граде, как на мотоциклетке с коляской, бомбанули, - и назад, в кукурузу. А я, то есть #предательродины, в ответ гавкала - а для чего тогда существует в этом мире украинская армия, хоть одну причину, оправдывающую её существование, назовите! И ещё я поднимала скандал на тему: ну ведь мы установили направление, но не установили подозреваемого! Ну зачем сразу версии, удобные для совести? Неправильно! Вот же ж на карте - линейкой мы дочертили до Иловайска, и сантиметров хватает, ну?!

Вот я заскринила карту из мэмуаров Минобороны бывшей Украины:

[Spoiler (click to open)]

Это у них карта за вторую половину августа, так они её прозвали. Так было к началу, внимание! "прыхованого вторжения" (ц). Я не знаю, как перевести прыхованое вторжение: скрытое, прикрытое, - прыховаты - это припрятать. Ну, такота.

Так вот: на этой карте - Моспино. И вокруг него всё в красненьких позициях майданских подпевал, а именно - войск. Посмотрите, граждане, в какой котовасии мы с мамой и шестиклассником нашли себе тихое место, чтобы пересидеть войну. И вот кто там мог стрелять по Моспинке? Та конешна тока ополченцы, канешна! Им ведь больше стрелять там было не по кому, ага. И снарядов у них было дофига - хочу по тем, хочу по этим швыряюсь, - по карте видно, что ситуация прям полна перспектив для ополчения. Да.



Когда вышел третий всадник, - не стало воды.


Вот когда мы вспоминаем на лавочке с кем-нибудь эту ситуацию, я всегда делаю выводы, что этот ужас коснулся только меня полноценно. Все как-то спокойно прошли этот период. Я же, граждане, попала в самое страшное месиво жизни, какое только можно себе представить, с этой водой! В момент, когда воды не стало, когда выяснилось, что это повреждение от обстрелов, что это может быть надолго, и вообще неизвестно починят-ли, - ой, как я громко и активно среагировала! Ой, сколько я согрешила словом. Сколько ж я вычитала нотаций вслух ДНР-овцам над баклажками, как меня больно это ранило - вы не представляете. У меня на руках табор - пять человек детей и пенсионеров, копка картошки со всеми вытекающими для тела, запасы были - в пятилитровых баклажках, штук десять, наверное. И всё. И больше нету. Оно как ведь: десять баклажек на троих, или десять баклажек на пятерых. Лето. Пить. Жажда.
Бежать-искать-купить! А фиг! Блокада. Ото, в августе - ото была настоящая блокада, просто вы уже забыли, малята. В августе границы были НЕ наши, с России фуры не шли, а с майдана ввоз прекратился просто так, без всяких там постановлений. И вот воды не стало, а привоза - нету. Привезут крохи, сами ЧП-шники в багажнике - люди набегут и расхватают, всё. Пейте шампанское, оно по тридцать гривен и его полно. Бутылка воды полторушка продавалась по 35 грн. (цена довоенная - троячок). Тогда я на шампусик и подсела...
Для туалетов люди набирали воду в ставках. А потом воду привозили: очереди стояли, часами ждали, потом друг с другом ругались за ту воду возле машины, а когда спросили дядечку - что это за вода, он сказал: "Из Кальмиуса". Люди были в шоке: и вот это мы стояли два часа на жаре, матюгами крыли соперников - из-за воды из Кальмиуса?!!!
У нас - машина. Добыть воды из ставка - не проблема. Но пить? Мыться? Ведь август, - жара! После той копки мы с мамой были красотки стихии земли.
К 19-му августу мой хлопчик стал даже липкий уже: мыли только самое важное. А на всё тело воды не хватало. Но я всё-же раздобыла четыре баклажки Моршинской, да и полторушек натаскала. Но как-то мы гульнули по воде чё-то ... то-ли малого искупали в моршинской, то-ли я уже не помню..короче - ровнёхонько к 19-му августу она закончилась совсем.

Я тык-мык, а машина сломалась. Ну вот стала как вкопанная и не заводится! Не заводится машина! Совсем! Был шок. По ходу, непрерывный. Она не завелась и к вечеру, а мастера найти не удалось, всё грохочет, воды нет, как в кино каком-то!


Когда вышел четвёртый всадник, не стало света.

Утром 20-го августа 2014-го года граждане бомбящиеся вылезли из подвалов в кромешную тьму: разбомбили и свет нам к гребеням. Нефиг жировать.
И мама сказала невероятное: "Поехали в Таганрог, всё". Ничё се! Вот уж на кого бы не подумала - так это на маму, что она первой это скажет! Но у мамы самый главный багаж, с которым она кочевала - это мясо из морозильника. Две сумки. Она с ним приехала ко мне на Донской, потом мы с ним, с мясом, поселились в Моспино, с ним-же, с мясом, мы поэвакуировались в Таганрог, такая наша доля. У мамы всё было спокойно и по плану: картошку выкопали, эвакуировали в подвал, теперь мясо превыше всего. Мама моя - хозяйка, она такими вещами в жизни не разбрасывается.
Ну чё... подумала я, подумала: 19 августа уже прошло, воды реально всего две полторушки осталось, машина стоит каменным изваянием, где-то мама права. А мама прям наседает: ну что тут думать? Тут до Таганрога смотаться - играючи! Ребёнка искупаем, сами от земли отмоемся нормально, запасёмся водой - и домой. Ты ж послушай, чё делается (а оно и правда - в ночь на 19 августа громыхало так, что мы думали это за углом). Это ж, говорит мама, Иловайск если возьмут, следом - Моспино возьмут. И будут бомбить Пролетарку. Всё. Воду ремонтировать не станут - будут заняты. А грохотать будет ещё сильнее, орудия станут к нашим ушам ближе. А спрятаться больше негде - Пролетарка будет бомблена, - ну? Что тут сидеть и ждать? Все уехали уже. Мама моя прям сыпала логикой!

А оно и правда - начался Великий Моспинский Исход. Были даже автобусы, муниципальные, они бесплатно вывозили людей в Ростов. Мы тут-же пристроились, и йя-ха! С двумя сумками мороженого мяса. И табором слабоходячих. Имеем право.

Про нашу эвакуацию - то отдельно стоящая история. Ибо никаких три дня на покупаться не получилось: случилось т.н. "прыхованое вторжение" 24 августа, и границы с РФ закрылись. Мы месяц не могли вернуться, мой малой там в школу пошёл, в Дубках. Нет, можно было ехать через Снежное. Но автобусом это было нереально трудно - логистика из Снежного в Донецк капец как была затруднена, а мы были без машины. Ну, там отдельная песня про сказку, серьёзно.

А в Моспино люди всё-же остались "зимовать". Без воды, света, и мобильной связи. Ополченцы привозили им еду: тушенки, каши, хлеб. Кормили людей. А люди построили себе во дворах общие кухни на костре. И даже образовались фотографии тех дней, вот не знаю - как. И мы с мамой потом смотрели эти фотки и приговаривали: вы ж никому не показывайте! Ну кто так сидит под обстрелами?! Без света, воды и в горе?! Вам же никто не поверит. А на фото: соседи, люди возле костров, каша на кирпичах варится, супчик, вокруг цветы цветут, все улыбаются. Безответственно, короче, и наплевательски проводили моспинцы время в пещерном веке, когда все телевизоры учат нас, что в этом случае люди обязательно начнут друг друга истреблять за ресурсы: кашу там, воду и огонь. Не начали. Напротив: сплотились и стали племенем, как оно должно быть.

А я? А я закончила рассказывать вам про свои летние приключения, ибо ибо:)))

[Spoiler (click to open)]



</div>
Tags: город
Subscribe
promo dobriydoktor august 20, 2013 20:40 11
Buy for 50 tokens
Иду снова с бисером синим Лукошками заняты руки И снова товарищи свиньи Приветствуют радостным хрюком. Это мне подарили ​*хвастаеццо*. А этим - ответили в комментариях: Porco порции ждет ежедневной, Margaritas по нраву ему, Не расстроишь тирадою гневной, Пни скорее его по... в... корму... :)…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments